0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Потребность в авианаводчиках для Афганистана резко возросла

Потребность в авианаводчиках для Афганистана резко возросла

Михаил Александрович Жирохов

Опасное небо Афганистана. Опыт боевого применения советской авиации в локальной войне. 1979–1989

Ежегодно, отмечая очередную годовщину вывода советских войск из Афганистана, мы традиционно вспоминаем героев той войны. Но память Афганистана – это не только дань людям, героически исполнявшим свой долг, их доблести и мужеству. Это – очень большой вклад в военное искусство, повод для переосмысления сути современных конфликтов, неоценимый опыт, к сожалению так пока до конца не востребованный.

Во время второй чеченской войны российское командование с гордостью заявляло: 59 % командиров экипажей фронтовой и армейской авиации – бывшие афганцы. В условиях многолетнего снижения качества подготовки летного состава и ведения боевых действий в гористых условиях, схожих с Афганистаном, опыт каждого ветерана стал цениться на вес золота.

Несмотря на то что Афганская война закончилась более двадцати лет назад, приобретенный на ней опыт применения авиации по-прежнему востребован, тем более что на сегодняшний день основным видом вооруженных конфликтов на планете остается как раз партизанская, или так называемая «малая», война.

Официально опыт той войны так и не был проанализирован в полной мере. После окончания войны в Генштабе Вооруженных сил СССР были разработаны проекты новых инструкций, наставлений и методических указаний. Все уперлось в политическое решение: по мнению Политбюро ЦК КПСС, противопартизанские действия не могут быть характерными для Советской армии, готовящейся к «большой» войне с НАТО, поэтому опыт Афгана признали ненужным.

О нем вспомнили только с началом первой чеченской войны. Именно тогда драгоценный опыт, за который было заплачено кровью советских летчиков, стали изучать и систематизировать. Однако во многом он оказался утерян.

Основой данной книги послужили многочисленные интервью и беседы, сделанные автором в разное время. В этой связи хотелось бы выразить благодарность за оказанную помощь следующим участникам Афганской войны:

Балыбердин Николай Петрович – старший лейтенант, техник в группе обслуживания, 50-й осап (1980–1981 гг.)

Виноградов Александр Анатольевич – майор запаса, 50-й осап (1985–1986 гг.)

Воронин Евгений Николаевич – майор запаса, 205-й овп (1987–1988 гг.)

Дрон Виктор Иосифович – подполковник запаса, 50-й осап (сентябрь 1988 – февраль 1989 г.)

Жилов Валерий Леонидович – лейтенант, техник самолета 263-й оаэтр (1987–1988 гг.)

Зинченко Владимир, 280-й овп, 4-я эскадрилья, бортовой техник-инструктор вертолета Ми-24 (1985–1986 гг.)

Иванов Евгений Михайлович – подполковник запаса, на момент ведения боевых действий начальник штаба 1-й аэиб 302-й апиб (1988–1989 гг.)

Ильяшенко Сергей Владимирович – лейтенант, 50-й осап (сентябрь 1987 – сентябрь 1988 г.)

Каюмов Владислав – полковник запаса, 262-я овэ (1985–1986 гг.)

Коблов Виктор Михайлович – старший летчик, военный летчик 3-го класса, старший лейтенант, 2-я аэ 136-й апиб (ноябрь 1986 – ноябрь 1987 г.)

Ковруков Алексей Анатольевич – старший техник группы обслуживания авиационного вооружения и десантно-транспортного оборудования, 239-й овп (1987–1988 гг.)

Корсаков Андрей Васильевич – майор запаса, 181-й овп (1987–1988 гг.)

Куковец Иван Иванович – майор запаса, борттехник 50-й осап (1986–1987 гг.)

Лазарев Александр Валериевич – проходил службу в ДРА в период с октября 1983 г. по октябрь 1984 г. в Шинданте в должности начальника ТЭЧ отряда Ми-24 в составе 302-й овэ, в Джелалабаде в должности заместителя начальника штаба обато

Ланговой Анатолий Петрович – бортовой техник Ми-8МТ 50-го осап (1985–1986 гг.)

Лейман Иван Иванович – старший лейтенант, бортовой авиационный техник, воздушный стрелок вертолета Ми-8 292-го обвп (1980–1981 гг.)

Марусин Евгений Евгеньевич – майор запаса (1982–1983 гг.)

Мелконян Самвел Рафикович, 50-й осап

Меняшев Рафаиль Аббясович – капитан, летчик-оператор, 50-й осап (1986–1987 гг.)

Мокеев Анатолий Александрович – подполковник запаса, 50-й осап (1987–1988 гг.)

Нежижим Вячеслав Васильевич – майор запаса, 262-я овэ (1981–1982 гг.)

Немчанинов Константин Викторович – начальник группы ОК 50-го осап (август 1986 – август 1987 г.)

Объедков Анатолий Иванович – майор запаса, 387-й ошап (1986–1987 гг.)

Павлов Виталий Егорович – генерал-полковник, Герой Советского Союза, 50-й осап. Запись беседы любезно предоставлена С. Бурдиным (Беларусь)

Плющев Андрей – подполковник запаса, ОД КП 50-го осап (1986–1987 гг.)

Рудаков Сергей Владимирович – капитан запаса, 335-й обвп (1984–1985 гг.)

Семенов Валерий Анатольевич – капитан, командир звена, 27-й гв. иап (1981–1982 гг.)

Сидоренко Сергей Иванович – командир эскадрильи Ми-24 50-го осап (1982–1983 гг.)

Фадеев Виталий Сергеевич – майор запаса, 335-й обвп (1984–1985 гг. и 1987–1988 гг.)

Черниенко Владимир Григорьевич – майор, 50-й осап (1988–1989 гг.)

Шабанов Дмитрий Викторович – капитан запаса, 50-й осап (июль 1985 – октябрь 1986 г.)

Шаломей Игорь Петрович – полковник в отставке, заместитель командира 254-й овэ (август 1981 – сентябрь 1982 г.)

Шаповалов Сергей Леонидович – старший лейтенант, борттехник, 50-й осап (1980–1981 гг.)

Хотелось бы также выразить признательность товарищам по перу – Сергею Бурдину, Александру Заблотскому, Игорю Сейдову и многим другим.

УСЛОВИЯ И ОСОБЕННОСТИ БОЕВЫХ ДЕЙСТВИЙ СУХОПУТНЫХ ВОЙСК И АВИАЦИИ В АФГАНИСТАНЕ

Физико-географический обзор. Рельеф

Афганистан занимает восточную часть Иранского нагорья, которое является самым обширным, сухим и пустынным из нагорий Ближнего и Среднего Востока. В рельефе нагорья резко выделяются две больших цепи окраинных гор – северная и южная, – между которыми расположены внутренние плоскогорья с обширными пустынями.

В пределах Афганистана северная цепь гор включает горы Сефид-Кух (Паропамиз), Кухи-Баба, Банди-Туркестан, Фируз-Кух, Сиях-Кух и Гиндукуш, которые являются восточным продолжением Туркмено-Хорасанских хребтов и занимают три четверти территории Афганистана.

Длина горной полосы – 1200 км, ширина, вместе с примыкающим с юга нагорьем Хазарадиат, – 300–500 км, абсолютная высота хребтов Банди-Туркестан, Сефид-Кух (Паропамиз), Фируз-Кух и Сиях-Кух – 2000–3594 м, Кухи-Баба – 3000–5150 м и Гиндукуш – 3000–7750 м. Самый высокий пик хребта Кухи-Баба – Шаха-Фулади (5150 м), с которого берут свое начало главные реки Афганистана – Гильменд и Кабул.

Хребет Сефид-Кух (Паропамиз) прикрывает с севера долину реки Герируд с богатым Гератским оазисом.

Наиболее доступна для действий войск западная часть хребта Сефид-Кух (Паропамиз). Важное значение в этой части страны имеют Зульфагарский проход (сквозное ущелье реки Герируд) и перевалы Сенг, Робати-Мирза и Кебуди, через которые проходит дорога на Герат. В восточной части хребет Сефид-Кух (Паропамиз) пересекается только вьючными тропами.

Хребет Гиндукуш образует мощную высокогорную преграду для войск на путях из Средней Азии в Афганистан и Пакистан. Наиболее труднодоступны горы на центральном и восточном участках, где склоны крутые и скалистые, расчлененные узкими ущельями и бурными реками. Вершины и гребни хребтов покрыты вечными снегами и ледниками. Юго-восточные склоны хорошо увлажнены и лесисты. На этих участках удобными перевалами являются Дора-Ан (4554 м), Хавак (3550 м), Саланг (3750 м) и Шибар (2700 м).

Немногочисленные перевалы с вьючными тропами в течение 5–7 месяцев закрыты из-за снежных заносов.

Наиболее доступна западная часть хребта, где имеется несколько перевалов, через которые в летние месяцы осуществляется регулярное движение транспорта.

Потребность в авианаводчиках для Афганистана резко возросла

Американские инструкторы продолжают обучать «дружественные» им правительственные силы республики Афганистан. На данный момент реализуется широкая программа обучения авианаводчиков т.н. JTAC. В афганской армии они получили название ATAC (Afghan Tactical Air Coordinators) – афганские тактические авианаводчики. Спрос на специалистов данного профиля растет с каждым годом, ввиду все большей дистанцированности коалиционных подразделений от участия в наземных операциях и усиления самих афганских ВВС не без помощи «большого брата»

Эти штурмовки разработаны специально для применения в условиях высоких температур и гористой местности. A-29 Super Tucano — высокоманевренный штурмовик четвертого поколения, способный применять в том числе высокоточные боеприпасы.

Программа ATAC была запущена прошлым летом с целью создания тактических воздушных диспетчеров (авианаводчиков), способных корректировать наведения авиации на цель для поддержки наземных операций в Афганистане. Как сообщает The Military Times, на данный момент инструкторами из США подготовлено более 40 тактических воздушных диспетчеров. С целью обеспечения собственной безопасности и оперативной необходимостью, точное число подготовленных специалистов не называется.

Как заявил капитан Уильям Сальвин (Capt. William Salvin) в интервью изданию, программа уже приноит плоды на земле. Специалист АТАС был привлечен для обеспечения воздушной поддержки правительственного конвоя, который постоянно подвергался нападениям на пути своего следования. Сотрудником был скорректирован удар штурмовика А-29, который уничтожил боевиков и конвой проследовал беспрепятственно. Как отметает источник. Это был первый случай беспрепятственного прохождения конвоя через данный участок.

Афганцы могут похвастаться небольшим, но впечатляющим флотом воздушных средств поражения, способных поддерживать афганские войска и проводить заранее запланированные удары по намеченным целям.

Читать еще:  Чудны дела твои, арбалетно-лучный мир!

Согласно последней оценке SIGAR (Комитет восстановления Афганистана), основными ударными активами в афганских военно-воздушных силах являются 26 вертолетов MD-530 Cayuse Warrior, 12 A-29 Super Tucanos и четыре вертолета Mi-35 Hinds.

Воздушные наступательные возможности Афганистана будут расти, поскольку раздираемая войной страна при поддержке США и НАТО усиливает свои боевые возможности. По данным издания, планируется увеличение парка ударных самолетов и вертолетов примерно на 30 MD-530 и 6 самолетов A-29.

Генерал Джон Николсон, командующий войсками США в Афганистане, подал заявку на комплектование афганских войск американскими вертолетами в Конгресс еще в феврале 2017 года. Генерал видит в них возможность переломить ход 16-летней войны, которой нет конца.

Согласно официальным данным Центрального командования ВВС США, по состоянию на 30 июня 2017 года американские самолеты в Афганистане уже сбросили больше бомб, чем за весь 2016 год,

Продвигаемая США программа АТАС становиться для афганцев призрачной надеждой на создание полноценных ударных ВВС для поддержки наземных сил и появления специалистов, способных эти ВВС грамотно навести на цель.

В настоящее время в Афганистане находится более 8000 военнослужащих США в составе инструкторских подразделений и выполняющих контртеррористические задачи . При этом новая администрация США все еще не может определиться с отправкой дополнительно 4000 солдат на самую долгую войну за всю историю Америки.

Потребность в авианаводчиках для Афганистана резко возросла

С особенной теплотой вспоминаю эту довольно многочисленную категорию офицеров, выполнявших в Афганистане важнейшую задачу обеспечения взаимодействия сухопутных войск и авиации. Авианаводчики комплектовались из числа офицеров боевого управления (ОБУ) командных пунктов авиаполков (КПап ), раньше они назывались штурманами наведения.

В авиаполках они несли круглосуточное боевое дежурство, их основной задачей было приведение полка и частей гарнизона в различные степени боевой готовности по поступившему сигналу. В повседневной боевой подготовке авиаполков они выполняли задачи наведения истребителей на воздушные цели, радиолокационным контролем за полётами самолётов в зоне своей ответственности, передачей управления самолётами на взаимодействующие КП, радиолокационной разведкой погоды и другими вопросами боевого управления в полном объёме задач боевой подготовки частей.

Авианаводчики командировались в Афганистан сроком на 1 год. Они находились в прямом и оперативном подчинении начальника КП ВВС 40А, т.е. в моём, структурно подразделялись на группы боевого управления (ГБУ) во главе с начальником ГБУ. Как правило, в ГБУ, кроме начальника, входило 2 — 3 авианаводчика. ГБУ придавалась бригаде, полку, транспортной колонне или другим частям и подразделениям по оперативному плану.

Во всех крупных гарнизонах: Кундузе , Баграме , Джелалабаде , Гардезе, Газни, Кандагаре, Лашкаргахе, Шинданде находились ГБУ, в количестве, зависящем от дислоцирующихся частей и оперативных задач. Большой резерв авианаводчиков находился в «полтиннике» — так в Афгане называли 50 осап (отдельный смешанный авиационный полк). Это было крупная авиационная часть, на обширной территории которой авианаводчики занимали отдельный модуль. Они были задействованы на операциях, проводившихся на значительном радиусе вокруг Кабула, а также при внезапно поставленных задачах в форсмажорных обстоятельствах, которые в Афгане не заставляли себя ждать. Единовременно в Афганистане находилось более 150 авианаводчиков.

В системе управления боевыми действиями этих ребят трудно переоценить, как и невозможно представить себе ни одну операцию без их участия. В подавляющем большинстве это были храбрые, отважные и в чём-то бесшабашные ребята. Я далёк от желания описывать их в победно-ярких красках газетных статей 80-х годов, да это было бы и несовместно с истиной. Жизнь в разбросанных гарнизонах вдали от центрального начальства, зависимость распорядка дня, в основном, от сложившейся оперативной обстановки конечно накладывали определённый отпечаток на их образ службы. Однако, это ни в коем образе не было подобие казацкой вольницы или махновщины. Они были строго объединены постоянным напряжением боевой обстановки и готовностью выхода на операции в составе наземных подразделений. Но как раз это напряжение и служило иногда поводом для «расслабухи», за что мне и доставалось от Командующего.

Я почти не вёл никаких записей и полагаюсь лишь на эпизоды, оставшиеся в памяти. Однажды, не помню по какому поводу, приехал в полтинник и зашёл в модуль к своим авианаводчикам. Свободные от операций, кто играл в шахматы, кто читал книжку или писал письмо, другие просто валялись на двух-ярусных койках. С моим прибытием, смотрю, ребята напряглись. Да и я почувствовал лёгкий хмельной запах. В прятки играть смысла не было, и они показали мне 40-литровую поварскую алюминиевую кастрюлю, наполовину заполненную тёмно-коричневой бодягой. Оказывается, всё сладкое, что у них водилось — сахар и конфеты, дружно ссыпалось в эту выварку, дрожжи брались у хлебопёков. Пацаны окружили меня с виноватым видом, а кто-то в толпе предложил попробовать. На вкус и крепость, как сейчас помню, напоминало жжёное темное пиво, короче, бражка, которая конечно не перегонялась, а употреблялась, как есть. В меня упёрлись виновато-вопросительные взгляды. Что мог я им сказать? Дело в том, что на всей территории Афганистана в военторгах не продавалось спиртное. Что я мог сказать? Как начальник КП ВВС 40А я имел в своём распоряжении всю транспортную авиацию. Транспортники часто летали в Союз, очерёдность вылета (а экипажи очень желали летать в Союз) командир эскадрильи согласовывал со мной. В благодарность за это у меня и моих товарищей по модулю не было недостатка в спиртном. В такой обстановке я не мог быть ханжой и лишь посоветовал им быть осторожней и не бухать перед выходом на операции. А разве в Великую Отечественную не давали 100 гр. фронтовых?

В другой раз Командующий вызвал меня и приказал отправиться в полтинник и разобраться со своей «бандой», поднявшей ночью стрельбу трассёрами из АК. Приезжаю, оказывается, это был салют по случаю удачного окончания крупной операции. Провёл воспитательную работу, но, помнится, всё обошлось, так как в Афгане на следующий день всегда происходило что-то такое, что сводило на нет значение предыдущего дня. Это правило подтверждалось не раз. Однажды влипли даже в международный казус.

Из Джелалабада на почтовике прилетел авианаводчик за зарплатой и немного отовариться в Кабуле. В полтиннике пошёл в гости к знакомому укладчику парашютов в группу ПДС. Там они поддали, показалось мало. Деньги есть, поехали в Кабул. Там добавили и тогда им справедливо
показалось, что американцы ведут себя довольно нахально во многих регионах мира. Недалеко оказалось американское посольство, и они бросили гранату в сторону ворот посольства. Естественно, их повязал Царандой (афганская милиция) и передал нашему патрулю. Дальше — картина маслом: разъярённый Командующий приказывает мне откомандировать из Афгана авианаводчика и . начальника ГБУ. А начальник — Стас Завадский, майор, мой подчинённый по КП миргородской дивизии. Нужно заметить, что откомандирование из Афгана — это было самое жестокое наказание. Кроме креста на служебной карьере, для офицера это считалось позором. Отправляю авианаводчика в Джелалабад, Стаса — к телефону. Он в отчаянии, что делать? Говорю, бери своего засранца и оба срочно отправляйтесь на операцию в Асадабад, там всегда что-то есть. И оправдалось то, что я говорил об Афгане, на следующий день и дальше Командующий, к счастью, не вспоминал ни разу об этом инциденте. Случись подобное в любом, особенно центральном, округе в Союзе, дело могло бы кончиться гораздо драматичнее. Здесь, к слову надо заметить, что карьера Стаса после Афгана пошла в гору. Он стал полковником и служил в управлении авиацией МО Украины.

Будет интересно читателю узнать некоторые детали, из жизни и боевой деятельности авианаводчиков. Вот их экипировка. В летнее время она состояла из х/б куртки и штанов, их дополняла лихо одетая на голову панама. На боевые действия добавлялась каска и, так называемый, «лифчик» — навесное матерчатое устройство с многочисленными накладными карманами для магазинов с патронами и гранат. Добавьте сюда ещё сухпай с сухарями, сгущёнкой, тушёнкой, фляги с водой и пр., ранцевую связную радиостанцию и перед вами — типичный авианаводчик, готовый к боевым действиям. общий навесной груз достигал до 15 — 20 кг. Притом, хочу заметить, что это были не супермэны, а обычные пацаны, вчерашние выпускники штурманских училищ. Чаще всего по званию это были лейтенанты и старлеи, реже — матёрые, опытные капитаны. И не обязательно они пользовались привилегией находиться на БТРе рядом с комбатом, обычно пёхом со всем оборудованием, да притом часто испытывая на себе морально- психологическое давление со стороны «пехоты», как с лёгкой, тёплой иронией авиаторы обобщали все наземные войска: мотострелков, десантно — штурмовые, спецназ, артиллерию и др. Кому интересно по-подробнее, отсылаю к опубликованному на нашем же сайте очерку моего боевого друга, отважного авианаводчика Кандагарского ГБУ Володи Воюшина «Записки авианаводчика». Там он подробно, красочно и образно описывает эпизод боевой работы авианаводчика, то есть самого себя, в почти типичной ситуации для авианаводчиков, но в данном частном случае, по эвакуации больного бойца с поля боя силами армейской авиации и особенности взаимодействия с «пехотой». После Афгана Володя вырос хорошо по службе и стал полковником.

Читать еще:  2 Replies to “Американские бронежилеты бессильны против новых снайперских винтовок России.”

Конечно, на войне — как на войне, однако в подавляющем большинстве случаев успеху совместной работы способствовала тщательная подготовка к операции как со стороны авианаводчиков, так и командиров наземных подразделений и частей, к которым они были приданы. При необходимости авиационной поддержки совместно определялся наряд сил,
порядок огневого воздействия, время и направление удара. Затем авианаводчик вызывал авиацию (фронтовую или армейскую) и при её приближении, установив (в 90% случаев) визуальный контакт с приближающимися самолётами или вертолётами, давал разрешение на открытие огня по скоплениям живой силы и техники противника, используя заранее подготовленную кодировочную сетку на рабочей карте. Понятно, что на нём лежала вся ответственность за исключения огневого воздействия нашей авиации по своим. Такие карты с кодировочными сетками и позывными авианаводчиков готовились, как правило, в оператиивных отделах штабов 40А и ВВС 40А и передавались в наземные части для авианаводчиков и в авиационные части — лётным экипажам. Кстати сказать, употребляя термин «авианаводчик» я конечно же имел ввиду офицера, выполнявшего вышеизложенные функции по взаимодействию наземных войск с авиацией, в их число, наравне с авианаводчиками, входили и начальники ГБУ, которые по сути были те же, только старшие авианаводчики, а иногда и офицеры оперативного отдела штаба ВВС 40А. Кстати уж, о начальниках ГБУ. Кроме обычной боевой работы авианаводчика, на них лежала дисциплинарная, кадровая и партийно-политическая ответственность за вверенную группу. Так что этим ребятам работы хватало, что я отразил в предыдущем отдельном эпизоде. Говорю «отдельном» в надежде зацепить этих ребят, если им придётся читать эти строки. У них точно есть что рассказать в назидание потомкам. Это касается и всех авианаводячиков, имеющих возможность нарисовать обширнейшую и живейшую картину событий, которые без их участия могут просто исчезнуть из бытия. Ребята, это несправедливо и обидно по отношению к вашим детям и внукам.

Но вернёмся к нашему повествованию. Порядка с десяток авианаводчиков в должности начальников ГБУ были капитаны и майоры — солидные ребята, которые находились непосредственно при КП ВВС 40А и были у меня «под рукой». Они все жили в нашем знаменитом 6 модуле вместе с офицерами КП ВВС и лётчиками-инспекторами ВВС 40А. Об этом модуле, его обитателях и их славных делах можно было бы написать большой увлекательный очерк, но это — впереди. Кстати, в нашем модуле до самого своего убытия из Афгана жил и начальник штаба ВВС 40А полковник Щербинин Владимир Дмитриевич, хотя по своему статусу он мог бы квартировать в домах для руксостава 40А. После Афгана Володя стал начальником штаба ВА и получил звание генерал-майор.

Согласовав с оперативным отделом детали операции, я ставил задачу начальнику ГБУ, который определял наряд сил авианаводчиков, снабжал их радиостанциями, кодировались карты, определялись позывные и уточнялись мельчайшие подробности взаимодействия. Соответствующие данные передавались в авиационные и наземные части. Авианаводчикам выделялись БТРы, на которых они выдвигались в состав колонн. Такова примерная схема подготовки к операции, которая могла варьироваться в зависимости от обстановки. Напомню, что речь идёт о центральной группе авианаводчиков, находящихся в «полтиннике» и начальниках ГБУ, находившихся при мне. При необходимости усиления, экипированные авианаводчики доставлялись в район боевых действий на самолётах или вертолётах. Но это были отдельные случаи, так как при всех частях и соединениях были свои ГБУ.

К середине 1986 года интенсивность противодействия «духов» заметно возросла. Это вызвало необходимость ведения операций более крупного масштаба. Вследствие этого со стороны управления ВВС понадобилась координация действий ГБУ по различным регионам дислокации: Центр- Восток (Кабул, Баграм, Джелалабад), Север (Кундуз, Пули-Хумри, Файзабад, Мазари-Шариф), Юг (Кандагар, Газни, Гардез, Лашкаргах, Шахджой), Запад (Шинданд, Герат, Фарахруд). Везде были авианаводчики, или, по необходимости, могли быть в кратчайшие сроки. В связи с этим в числе организационных мероприятий была введена штатная единица заместителя начальника штаба по боевому управлению. В их задачу и входила координация и взаимодействие ГБУ в широкомасштабных боевых действиях при операциях, захватывающих соседние регионы. Конечно, их задачи были намного шире, но я пишу об авианаводчиках и имею ввиду лишь эту сторону их работы. В порядке прибытия, вот эти офицеры, мои боевые товарищи и верные друзья:

Слёзкин Коля, подполковник, зона ответственности: Юг, декабрь 1986;

Гудзенко Володя, подполковник,зона ответственности -Центр-Восток, Север, апрель 1987;

Осипов Володя, майор, зона ответственности: Запад.

На них лежала также ответственность по подготовке кодировочных карт, позывных для авианаводчиков и доставке этих данных исполнителям. Их слаженная и грамотная работа во многом определяла успех проводимых операций, позволила наладить оптимальный режим взаимодействия авиации с наземными частями и способствовала значительному сокращению потерь личного состава сухопутных войск. После Афгана все они стали полковниками и значительно продвинулись по службе.

Как уже упоминалось, в кадровом отношении все ГБУ числились, как личный состав КП ВВС 40А, поэтому все представления на очередные, а чаще внеочередные и досрочные звания и правительственные награды на своих подчинённых начальники ГБУ приносили на подпись мне. В том числе и на себя, так как просто не было времени и физических сил «заморачиваться» на эту кадрово-канцелярскую рутину, полагая, что все представления отражают истинное описание поведения офицера в бою. Установилась негласная норма, по которой многие авианаводчики и начальники ГБУ уезжали на ступень выше по званию и ни один без ордена Красной Звезды, а кто был по второму разу, так и Красного Знамени. Я пишу это смело, не опасаясь, что кто-то из читающих авианаводчиков (и нач. ГБУ) сможет меня опровергнуть. Не помню случая, когда бы я не подписал представление. И это понятно: интенсивность боевых действий была весьма высока и без участия авианаводчиков не обходилась ни одна операция наземных войск. Можно ли было подвергать сомнению мужество и отвагу этих ребят, описание которых было в представлениях. Что было написано начальниками ГБУ на своих подчинённых, постоянно «ползавших» с ними по горам , «зелёнкам» и высохшим руслам рек, то было правдой, а иногда и в сдержанных тонах. Поэтому все представления в итоге достигали цели и награды находили героев.

С великой скорбью отмечу, что не обходилось и без потерь. За время моей службы в Афгане было 2 потери. Обе в октябре 1987 года. 21 октября авианаводчик лейтенант Домаскин (к сожалению, не помню имени) отправлялся в Кандагар оператором на пункт наведения авиации. Самолет Ан-12, в котором он находился, при взлёте ночью столкнулся в наборе высоты с нашим же вертолётом Ми-24. Самолёт, перевозивший груз ГСМ, рухнул на землю, загорелся и погибли все пассажиры и экипаж. По дикому стечению обстоятельств, на следующий день, 22 октября 1987 года, погиб начальник Джелалабадского ГБУ капитан Свинин Валера, находившийся в почтовом самолёте Ан-26. Самолёт выполнял рейс из Кундуза в Джелалабад и был сбит при заходе на посадку огнём ДШК. Земля пухом и вечная память вам, ребята. Валера Свинин служил у меня на КП дивизии в Миргороде, где и нашёл своё вечное упокоение. Его имя выбито на гранитной стеле героев Афгана в центре города Миргорода.

Есть много чего рассказать об Афгане, боевых друзьях и товарищах. И не только об авианаводчиках, но и о моих многочисленных друзьях и знакомых: офицерах КП ВВС 40А, лётчиках, инженерах и разведчиках и др. В их числе — четыре Героя Советского Союза. Но об этом в других очерках.

Проблемы и «несдержанность» ВВС Афганистана в 2016 году

Американская газета «Military Times» опубликовала небезынтересный материал Shawn Snow и Andrew de Grandpre «Is the Afghan air force trigger happy? Here’s what the numbers say» о проблемах в действиях сформированных под американским руководством ВВС Афганистана. В статье приводится статистика боевой деятельности ВВС Афганистана в 2016 году.

Легкие штурмовики Embraer A-29 (EMB-314) Super Tucano ВВС Афганистана. Август 2016 года (с) Larry E. Reid / ВВС США

Командующий американскими силами в Афганистане генерал Джон Николсон посетит в четверг [9 февраля 2017 года] Капитолийский холм, где ему, видимо, предстоят интенсивные допросы со стороны сенатских законодателей, которые уже изнемогают от бесконечной военной миссии в этой стране. Существует длинный список причин, по которым Соединенные Штаты пока не могут выйти из своей самой долгой войны, и одной из главных среди них является компетентность военно-воздушных сил Афганистана, которые, согласно последним оценкам ООН, ответственны за тревожную картину неудачных авиационных ударов, приведших к ошеломляющему росту потерь среди гражданского населения.

Читать еще:  Blowback (Блоубэк): что это такое в пневматическом пистолете Макарова, лучший МР 654 К с функцией в пневматике, страйкбольный ПМ

По сравнению с 2015 годом, в прошлом году потери среди гражданских в результате организованных афганской стороной авиационных ударов выросли в два раза — до 252 человек, по данным ООН — эта цифра включает в себя гражданские лица убитыми и ранеными. В то время, как американские официальные военные представители утверждают, эти цифры сильно завышены, они тем не менее привели к ускорению подготовки новых кадров афганских передовых авианаводчиков, которые с земли могут предупредить пилотов относительно опасности причинения побочного ущерба.

Вот что говорят цифры: летчики основных ударных самолетов и вертолетов ВВС Афганистана применяют оружие в ходе четырех из каждых 10 боевых вылетов — более чем втрое чаще, чем их коллеги из ВВС США, согласно анализу, проведенному «Military Times» на основе данных, предоставленных американскими и афганскими военными представителями. Это поднимает вопрос о том, является ли резкое увеличение жертв среди гражданского населения следствием того, что афганские летчики чрезмерно агрессивны или недисциплинированы, и является ли это симптомом поспешной подготовки, вызванной требованием быстрого увеличения количества афганских летчиков, или же это просто неизбежный результат принятия ими на себя большей ответственности в обеспечении безопасности своей страны.

Независимо от причин, это огромная проблема, и не только для генерала Николсона, но и для президента Дональда Трампа и его администрации. Возможность для американских военных покинуть Афганистан неразрывно связана с успехом сил безопасности Афганистана — и особенно афганских военно-воздушных сил, которые рассматриваются в качестве жизненно важного звена для защиты афганских сухопутных войск от давления со стороны безжалостных боевиков Талибана и связанных с «Аль-Каидой» групп, действующих по всей стране.

«Всякий раз, когда американские официальные лица говорят о различных неспособностях афганской армии, прикрытие с воздуха всегда в находится верхней части списка,» — сказал эксперт по Афганистану Майкл Kугельман из вашингтонского Центра Вудро Вильсона, — «более нельзя отмахиваться от все возрастающих возможностей талибов на поле боя и их все более увеличивающегося смертоносного воздействия на гражданское население. Афганистан должен делать все, чтобы взять ситуацию под контроль, и расширение масштабов возможностей проблемных афганских ВВС является скромным, но важным шагом вперед.»

Сегодня из 407 уездов Афганистана 133 уезда считаются «оспариваемыми» и 41 находится под полным контролем талибов, согласно данным американского Специального генерального инспектора по реконструкции Афганистана. Около 8400 американских военнослужащих остаются развернутыми в Афганистане в рамках операции «Resolute Support» и сокращенной антитерористической операции «Freedom’s Sentinel». Пока неясно, каковы намерения Трампа в отношении Афганистана, хотя были сообщения, что в декабре он сказал президенту Афганистана Ашрафу Гани, что он будет открыт для отправки большего количества американских войск обратно в регион. Однако неизвестно, какие задачи смогут выполнять эти войска.

Американские военные представители утверждают, что афганские летчики проявляют сдержанность в воздухе, утверждая, что 66 процентов запросов афганских летчиков на атаку выбранных целей отклоняются в связи с опасениями, что они могут привести к непреднамеренным смертям. Но дальнейшее «охлаждение» афганцев остается приоритетной задачей.

В 2016 году афганские летчики действовали на двух основных типах ударных машин ВВС Афганистана — штурмовиках А-29 Super Tucano и легких боевых вертолетах MD-530 Cayuse Warrior, совершив на них суммарно 1992 боевых вылета и произведя 800 атак, — согласно данным, предоставленным ВВС Афганистана. Для сравнения, боевые экипажи ВВС США совершили 5162 боевых вылета в течение того же периода и произвели 615 ударов, — в соответствии с данными американских официальных лиц в Кабуле и открытыми источниками.

Легкий боевой вертолет MD Helicopters MD-530F Cayuse Warrior ВВС Афганистана ведет огонь из подвесных 12,7-мм пулеметных контейнеров FN M3P во время публичной демонстрации близ Кабула, 09.04.2015 (c) Perry Aston / ВВС США

Таким образом, интенсивность ударов в боевых вылетах составляет 40 процентов для афганцев по сравнению с 12 процентами для их американских коллег. Однако американские официальные лица предостерегают от простых выводов.

Как показало на этой неделе расследование «Military Times», в прошлом году армия США произвела 456 авиационных ударов в Афганистане с боевых вертолетов и беспилотных летательных аппаратов. Эти ранее нераскрывавшиеся цифры подняли важные вопросы относительно открытости вооруженных сил США в отчетности о своей деятельности не только в Афганистане, но в Сирии и Ираке — и потенциально еще с начала войны с терроризмом в 2001 году.

Американские официальные лица в Кабуле предоставили эту статистику армии для «Military Times», чтобы показать, что афганские пилоты не так уж плохи по сравнению с американскими. Тем не менее, эти официальные лица не смогли сообщить количество боевых вылетов, произведенных вертолетами и БЛА армии США, тем самым делая невозможным рассчитать общую цифру частоты применения оружия американскими летчиками.

Центральное командование США, которое руководит боевыми действиями в Афганистане, Ираке и Сирии, также не смогло предоставить «Military Times» такие данные.

Есть различия также в том, как каждая из сторон определяет свои боевые задачи, говорят американские официальные лица. Афганские А-29 в первую очередь атакуют заранее разведанные цели, в том числе тяжелое оружие, машины, скопления противника и отдельных главарей террористов и командиров Талибана. Афганцы называют это «непосредственными авиационными ударами» («close air attack»). Вертолеты MD-530 обеспечивают поддержку с воздуха («air support») в режиме реального времени для сухопутных войск, ведущих бой, как это делают американские самолеты.

Стоит отметить, что А-29, поступившие на вооружение ВВС Афганистана только в прошлом году, в настоящее время не имеют соответствующего оборудования связи, чтобы сделать их действительно эффективными для задач непосредственной поддержки с воздуха («close air support»). Фактически этот самолет может поддерживать радиосвязь с наземным центром только в радиусе 14 миль, сообщили американские официальные лица.

Афганские ВВС также имеют три старых боевых вертолета Ми-35, срок службы которых истекает. Они вооружены пушками Гатлинга и 57-мм ракетами. Тем не менее, они редко летают из-за отсутствия запасных частей. Кроме того, Ми-35 и их летчики не обучались американцами или под руководством американских советников. ООН заявляет, что Ми-35 были ответственны за семь жертв среди гражданского населения в прошлом году.

Из 252 жертв среди гражданского населения, приписываемых афганским ВВС, 85 человек были убиты. ООН приписывает больше всего жертв — 224 — ударам вертолетов. Удары A-29 привели к 24 жертвам.

Пресс-секретарь возглавляемой американцами объединенной учебной миссии капитан ВВС США Джейсон Смит заявил «Military Times», что ему известны только два инцидента в прошлом году, в которых афганские А-29 или MD-530 убили гражданских лиц.

Для сравнения, ООН обвинила в 235 жертв среди гражданского населения — в том числе 127 погибших — авиционные удары, произведенные США и их союзниками. Эта большая цифра «во многом объясняется» одной противоречивой операцией в провинции Кундуз, в ходе которой 60 афганцев были убиты или ранены.

Ожидается, что генерал Николсон будет энергично защищать афганцев и их подготовку. Американские официальные лица говорят, что эти пилоты продолжают делать успехи в своих способностях, профессионализме и сдержанности. Командир 438-го экспедиционного авиационного крыла ВВС США бригадный генерал Дэвид Хикс сказал, что «неоднократно летчики А-29 возвращались из вылетов, не израсходовав их боеприпасы». Хикс, возглавляющий коалиционную советническую и учебную миссию при ВВС Афганистана, также отметил, что «причины неприменения оружия очень показательны. Я слышу такие вещи, как «вероятные гражданские лица, невозможность опознать цели и неожиданно обнаруженные дружественные силы».

Афганские летчики понимают, что несут ответственность за любые жертвы среди гражданского населения, которые они могут вызвать, сказал старший американский советник при ВВС Афганистана полковник Шон Маклей. Примерно в 12 процентах боевых вылетов афганцев, добавил он, пилоты возвращались, не нанося удары по назначенным целям.

Летом прошлого года НАТО и американские войска начали программу подготовки афганских передовых авианаводчиков ВВС. Подготовка длится около четырех недель и включает обучение работе на соответствующем оборудовании, чтению карт, связи и специальным навыкам для наведения самолетов на цели.

Подготовленный по специальной программе оператор передового авианаведения вооруженных сил Афганистана. Провинция Кабул, 27.12.2016 (с) Kay M. Nissen / ВВС США

На сегодняшний день программу подготовки закончили 30 военнослужащих на действующих курсах в провинциях Гильменд и Логар. К началу следующего сезона боев в апреле официальные представители ожидают, что будет подготовлено более 40 афганских передовых авианаводчиков.

«Их роль в повышении точности ударов и уменьшения сопутствующего ущерба не может быть преуменьшена,» — сказал подполковник Энди Янссен, который возглавляет программу. «Мы имеем информацию, что в последнее время [авианаводчики] отменяли воздушные удары, потому что, например, пара пастухов коз подошли слишком близко к цели, которая должна была атаковаться. Подобные случаи демонстрируют успешность этой программы».

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:

Adblock
detector