1 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

«Молодец» на железной дороге. В России построен новый ядерный поезд

Содержание

«Ядерные поезда» России отправляются в путь

В России готовится к финальному этапу испытаний новое ядерное оружие – боевой железнодорожный ракетный комплекс (БЖРК) «Баргузин», создаваемый на основе его предшественника, БЖРК «Молодец» (SS-24 Scalpel), который стоял на боевом дежурстве с 1987 по 2005 год и был снят с вооружения по договоренности с США от 1993 года. Что вынудило Россию снова вернуться к созданию этого оружия?

Когда в очередной раз в 2012 году американцы подтвердили развертывание своих объектов ПРО в Европе, президент России Владимир Путин довольно жестко сформулировал на это ответную позицию России. Он официально заявил, что создание американской ПРО фактически «обнуляет наш ракетно-ядерный потенциал», и объявил, что нашим ответом будет «развитие ударных ракетно-ядерных комплексов».

Одним из таких комплексов стал БЖРК «Баргузин», что особенно не понравилось американским военным, вызвав их серьезное беспокойство, так как его принятие на вооружение делает практически бесполезным наличие ПРО США как таковой.

Предшественник «Баргрузина» «Молодец»

БЖРК до 2005 года уже стоял на вооружении РВСН. Головным его разработчиком в СССР было КБ «Южное» (Украина). Единственным производителем ракет – Павлоградский механический завод. Испытания БЖРК с ракетой РТ-23УТТХ «Молодец» (по классификации НАТО – SS-24 Scalpel) в железнодорожном варианте начались в феврале 1985 года и завершились к 1987 году. БЖРК выглядели как обычные железнодорожные составы из рефрижераторных, почтово-багажных и даже пассажирских вагонов.

Внутри каждого состава находилось три пусковые установки с твердотопливными ракетами «Молодец», а также вся система их обеспечения с командным пунктом и боевыми расчетами. Первый БЖРК был поставлен на боевое дежурство в 1987 году в Костроме. В 1988 году было развернуто уже пять полков (всего 15 пусковых установок), а к 1991 году – три ракетные дивизии: под Костромой, Пермью и Красноярском – каждая состояла из четырех ракетных полков (всего 12 составов БЖРК).

Каждый состав состоял из нескольких вагонов. Один вагон – командный пункт, три других – с открывающейся крышей – пусковые установки с ракетами. Причем запустить ракеты можно было как с запланированных стоянок, так и с любой точки маршрута. Для этого состав останавливался, специальным устройством в стороны отводилась контактная подвеска электропроводов, пусковой контейнер ставился в вертикальное положение, и ракета стартовала.

Комплексы стояли на расстоянии около четырех километров друг от друга в стационарных укрытиях. В радиусе 1500 километров от мест их базирования вместе с железнодорожниками были проведены работы по укреплению полотна: уложены более тяжелые рельсы, деревянные шпалы заменены на железобетонные, насыпи завалены более плотной щебенкой.

Отличить БЖРК от обычных товарных поездов, тысячами курсирующих по просторам России, было под силу лишь профессионалам (пусковые модули с ракетой имели по восемь колесных пар, остальные вагоны обеспечения – по четыре). За сутки состав мог пройти порядка 1200 километров. Время его боевого патрулирования составляло 21 день (благодаря запасам на борту он мог автономно работать до 28 суток).

БЖРК придавалось большое значение, даже офицеры, служившие на этих поездах, имели звания выше, чем их коллеги на аналогичных должностях шахтных комплексов.

Ракетчики рассказывают то ли легенду, то ли быль о том, что к созданию БЖРК наших конструкторов якобы подтолкнули сами же американцы. Говорят, однажды наша разведка получила информацию, что в США работают над созданием железнодорожного комплекса, который сможет передвигаться по подземным туннелям и в случае необходимости появляться из-под земли в определенных точках, чтобы неожиданно для противника пустить стратегическую ракету.

К докладу разведчиков даже прилагались фотографии этого поезда. Видимо, эти данные произвели сильное впечатление на советское руководство, так как было сразу же решено создавать нечто подобное. Но наши инженеры подошли к этому вопросу более творчески. Они решили: зачем загонять поезда под землю? Можно пустить их по обычным железным дорогам, замаскировав под товарные составы. Это будет проще, дешевле и эффективнее.

Позже, правда, выяснилось, что американцы провели специальные исследования, которые показали, что в их условиях БЖРК будут недостаточно эффективны. Нам же они просто подсунули дезинформацию, чтобы в очередной раз тряхнуть советский бюджет, вынудив нас, как им тогда казалось, к бесполезным тратам, а фото сделали с небольшого натурного макета.

Но к моменту, когда все это выяснилось, отрабатывать назад советским инженерам было уже поздно. Они, причем не только в чертежах, уже создали новое ядерное оружие с ракетой индивидуального наведения, дальностью десять тысяч километров с десятью боевыми блоками мощностью 0,43Мт и серьезным комплексом средств преодоления ПРО.

В Вашингтоне такая новость вызвала настоящий шок. Еще бы! Как определишь, какой из «товарняков» уничтожать в случае ядерного удара? Если же палить по всем сразу – никаких ядерных боеголовок не хватит. Поэтому, чтобы отслеживать перемещение этих поездов, которые с легкостью ускользали из поля зрения систем слежения, американцам приходилось чуть ли не постоянно держать над Россией группировку из 18 спутников-шпионов, что обходилось им весьма дорого. Особенно если учесть, что разведслужбам США так и не удалось ни разу идентифицировать БЖРК на маршруте патрулирования.

Поэтому, как только в начале 90-х политическая ситуация позволила, США тут же постарались избавиться от этой головной боли. Поначалу они добились от российских властей, чтобы БЖРК не катались по стране, а стояли на приколе. Это позволило им постоянно держать над Россией вместо 16 – 18 спутников-шпионов всего три-четыре. А потом уговорили наших политиков окончательно уничтожить БЖРК. Те согласились официально под предлогом якобы «истечения гарантийных сроков их эксплуатации».

Последний боевой состав был отправлен на переплавку в 2005 году. Очевидцы рассказывали, что, когда в ночных сумерках по рельсам застучали колеса вагонов и ядерный «поезд-призрак» с ракетами «Скальпель» отправился в последний путь, не выдержали даже самые крепкие мужики: слезы катились из глаз и седых конструкторов, и офицеров-ракетчиков. Они прощались с уникальным оружием, по многим боевым характеристикам превосходящим все, что имелось и даже планировалось принять в ближайшее время на вооружение.

Все понимали, что это уникальное оружие в середине 90-х стало заложником политических договоренностей руководства страны с Вашингтоном. Причем небескорыстных. Видимо, поэтому каждый новый этап уничтожения БЖРК странным образом совпадал с очередным траншем кредита Международного валютного фонда.

Отказ от БЖРК имел и ряд объективных причин. В частности, когда в 1991 году Москва и Киев «разбежались», это сразу же больно ударило по российской ядерной мощи. Почти все наши ядерные ракеты во времена СССР делались на Украине под руководством академиков Янгеля и Уткина. Из 20 типов, стоящих тогда на вооружении, 12 было спроектировано в Днепропетровске, в КБ «Южное», и выпущено там же, на заводе «Южмаш». БЖРК тоже делали в украинском Павлограде.

Но каждый раз договариваться с разработчиками из Незалежной о продлении их сроков службы или модернизации становилось все трудней. В результате всех этих обстоятельств нашим генералам приходилось с кислой миной рапортовать руководству страны, как «в соответствии с плановым сокращением РВСН снят с боевого дежурства еще один БЖРК».

Но что делать: политики пообещали – военные вынуждены выполнять. При этом они прекрасно понимали: если резать и снимать по старости с боевого дежурства ракеты такими же темпами, как в конце 90-х, то всего через пять лет, вместо имеющихся 150 «Воевод» у нас не останется ни одной из этих тяжелых ракет. И тогда никакие легкие «Тополя» погоды уже не сделают – а на тот момент их вообще было всего порядка 40 штук. Для американской ПРО это пустяки.

По этой причине, как только Ельцин освободил кремлевский кабинет, ряд людей из военного руководства страны по требованию ракетчиков стали доказывать новому президенту необходимость создания ядерного комплекса, аналогичного БЖРК. И когда стало окончательно ясно, что от планов создания своей ПРО США отказываться не собираются ни при каких условиях, работы по созданию этого комплекса реально начались.

И вот теперь уже в самое ближайшее время Штаты снова получат свою прежнюю головную боль, теперь в виде БЖРК нового поколения под названием «Баргузин». Причем, как говорят ракетчики, это будут суперсовременные ракеты, в которых все недостатки, имеющиеся у «Скальпеля», устранены.

Читать еще:  Арбалеты «Parker» — знакомые незнакомцы

«Баргузин»главный козырь против ПРО США

Главный из недостатков, который отмечали противники БЖРК, – это ускоренный износ железнодорожных путей, по которым он передвигался. Их приходилось часто ремонтировать, по поводу чего у военных с железнодорожниками возникали вечные споры. Причиной тому были тяжелые ракеты – весом в 105 тонн. Они не умещались в одном вагоне – их требовалось размещать в двух, усиливая на них колесные пары.

Сегодня, когда вопросы прибыли и коммерции вышли на первый план, в РЖД наверняка не готовы, как это было раньше, ради обороны страны ущемлять свои интересы, а также нести расходы по ремонту полотна в случае, если будет принято решение, что по их дорогам снова должны курсировать БЖРК. Именно коммерческая причина, по мнению некоторых специалистов, могла сегодня стать препятствием для окончательного решения к принятию их на вооружение.

Однако теперь эта проблема снята. Дело в том, что в новых БЖРК тяжелых ракет уже не будет. Комплексы вооружают более легкими ракетами РС-24, которые используются в комплексах «Ярс», а потому вес вагона оказывается сравним с обычным, что позволяет добиться идеальной маскировки боевого состава.

Правда, РС-24 имеют всего четыре боеголовки, а на старых ракетах их был десяток. Но тут надо учитывать, что сам «Баргузин» перевозит не три ракеты, как было раньше, а уже вдвое больше. Это, конечно, все равно – 24 против 30. Но не следует забывать, что «Ярсы» – практически самая современная разработка и вероятность преодоления ПРО у них гораздо выше, чем у их предшественников. Обновлена и система навигации: теперь не надо задавать заранее координаты целей, все можно будет менять оперативно.

За сутки такой передвижной комплекс может преодолевать до 1000 километров, курсируя по любым железнодорожным веткам страны, неотличимый от обычного состава с вагонами-рефрижераторами. Время «автономки» – месяц. Нет никаких сомнений, что новая группировка БЖРК станет куда более эффективным ответом на ПРО США, нежели даже развертывание у границ Европы наших оперативно-тактических ракет «Искандер», которых так боятся на Западе.

Также не вызывает сомнений и то, что американцам идея с БЖРК явно не понравится (хотя теоретически их создание не нарушит последних российско-американских договоренностей). БЖРК в свое время составляли в РВСН основу группировки ответного удара, поскольку обладали повышенной живучестью и с большой вероятностью могли уцелеть после нанесения противником первого удара. США боялись его ничуть не меньше легендарной «Сатаны», так как БЖРК был реальным фактором неминуемого возмездия.

До 2020 года запланировано принятие на вооружение пяти полков БЖРК «Баргузин» – это соответственно 120 боеголовок. Судя по всему, БЖРК станет самым сильным аргументом, фактически нашим главным козырем в споре с американцами относительно целесообразности развертывания глобальной системы ПРО.

Поезд номер ноль: БЖРК «Молодец» был принят на вооружение 30 лет назад

О необходимости создания ракетного комплекса железнодорожного базирования в СССР говорили с 1960-х годов. Но конкретные действия в этом направлений начались в 1983-м после постановления ЦК КПСС.

Разрабатывать БЖРК доверили Днепропетровскому конструкторскому бюро «Южное», а основными создателями «поезда-призрака» стали братья Уткины: Владимир Уткин из КБ «Южное» отвечал за разработку ракеты, а Алексей Уткин, работавший в Ленинградском КБ специального машиностроения (КБСМ), отвечал за проектирование стартового комплекса и вагонов.

Первый железнодорожный состав, который мог остановиться на любом участке и произвести запуск ракет, каждая из которых несла 10 термоядерных боеголовок мощностью 500 килотонн, вышел на маршруты дежурства уже через несколько лет.

Но для создания такого комплекса конструкторам пришлось найти приемлемые решения для технических сложностей. А их было немало. Например, длина вагона с пусковой установкой не должна была превышать 24 метров, но таких коротких баллистических ракет не производили. Масса самой компактной МБР достигала 100 тонн — железнодорожные рельсы просто лопнули бы под нагрузкой трех ракет. Запуску мешали контактные линии, к тому же пламя при старте просто уничтожило бы и состав, и участок пути.

В результате были придуманы уникальные решения. МБР впервые в Советском Союзе сделали твердотопливной, трехступенчатой, с разделяющейся головной частью, выдвижными соплами и надувным обтекателем. Для размещения пусковых установок спроектировали вагоны грузоподъемностью 135 тонн с раздвижной крышей и восемью парами колес, снижавшими нагрузку на пути. Кроме того, пусковые вагоны находились в единой сцепке, что также уменьшало воздействие массы. Вдобавок к этому в боевом положении из каждого вагона выдвигались по два гидравлических упора. Перед стартом контактные провода раздвигались специальным манипулятором. А запуск сделали минометным — пороховой заряд выбрасывал ракету на высоту 20 метров, затем еще один заряд корректировал наклон сопла в безопасную для состава сторону, и после этого срабатывал двигатель первой ступени.

В БЖРК входило 17 вагонов — как у стандартного пассажирского состава. Все они были замаскированы под обычные пассажирские, почтовые или рефрижераторные, используемые для перевозки продуктов питания. Личный состав каждого поезда насчитывал 70 человек. Автономность, которая составляла 28 суток, обеспечивалась за счет вагона с топливом, а также отсеков с запасами питания и воды.

Первый «Молодец» заступил на боевое дежурство в октябре 1987 года. А уже после принятия комплекса на вооружение были развернуты три дивизии БЖРК, рассредоточенные на расстоянии многих тысяч километров: в Костромской области, в Пермском и Красноярском краях. В радиусе 1,5 тысячи километров от мест дислокации были обновлены железнодорожные пути: уложены бетонные шпалы, более тяжелые рельсы, насыпи укрепили плотным щебнем. Курсировали поезда не только по отдельным участкам, но и по магистралям общего назначения. Отчасти именно это обстоятельство позволяло особым составам уходить от слежки — военные США активно пытались вычислить советские БЖРК с помощью спутников. Но сделать им это так и не удавалось — отличить ядерный поезд от обычного состава было невозможно. К тому же составы оперативно меняли места расположения — за сутки они могли преодолевать тысячу километров. На железных дорогах СССР и России они имели условное обозначение «поезд номер ноль».

Начиная с 1991 года, в силу достигнутых договоренностей между Советским Союзом и западным блоком, ракетные поезда передвигались только по строго определенным маршрутам, связанным с постоянными местами дислокации. Впоследствии из-за ликвидации ракет РТ-23УТТХ по договору СНВ-2 необходимость в БЖРК отпала.

Кстати, существует легенда, что идею создания ракетных поездов советским военачальникам подсказали американские агенты с целью ввергнуть Советский Союз в мероприятия с многомиллиардными расходами. В США разработку БЖРК начинали еще в 1960-х годах. Там планировали запустить 30 составов со 150 ракетами. Однако проект был закрыт из-за дороговизны. В середине 1980-х Пентагон в рамках разработки новой тяжелой МБР Peacekeeper вновь инициировал создание ракетного поезда. Прототип прошел испытания, но после распада СССР — главного потенциального противника — США отказались от затратного проекта.

В России последний БЖРК был снят с боевого дежурства в 2005 году. 10 составов были утилизированы, два переданы на хранение в музеи.

Вагончик тронулся. Новые ядерные поезда заменят уничтоженных «Молодцов»

Минобороны России сообщило о завершении испытаний межконтинентальной баллистической ракеты (МБР) для строящегося боевого железнодорожного ракетного комплекса (БЖРК) «Баргузин». В следующем году военные обещают завершить испытания нового ядерного поезда и начать его эксплуатацию. Таким образом, Россия фактически отказывается от «капитуляции», в рамках которой Михаил Горбачёв уничтожил советское железнодорожное ядерное оружие.

Паритет сдерживающего ядерного вооружения — то, что всегда волновало наших уважаемых заокеанских партнёров. Причём волнение это было вполне обоснованным, потому что если по силам Военно-морского флота (в первую очередь, конечно, атомного подводного флота), по стратегической авиации и худо-бедно по тяжёлым наземным ракетам США ещё более-менее могли сравниться с отечественными разработками и даже в чём-то превосходили наше оружие, то советскому «Молодцу» (именно так назывался боевой железнодорожный ракетный комплекс) американцы не могли противопоставить ничего.

Именно поэтому в рамках западного контроля над развалом СССР тогдашний премьер-министр Великобритании Маргарет Тэтчер сначала добилась от Михаила Горбачёва обещания не выпускать 12 «Молодцов» на постоянное патрулирование по единой железнодорожной сети СССР, а уже после разрушения СССР уничтожение БЖРК стало одним из основных пунктов соглашения СНВ-2.

Несмотря на то что наша страна из этого соглашения в результате всё-таки вышла, руководство страны, к сожалению или нет, но выполнило пункт по полному уничтожению «Молодцов». Из 12 составов, несущих 36 баллистических ракет, осталось всего два — в качестве музейных экспонатов. В 2007 году процесс уничтожения «Молодцов» был полностью завершён.

Экскурс в историю

Надо сказать, что идея ядерных поездов витала в милитаризованном донельзя мире не только у нас. В США возможность создания железнодорожных составов, несущих ядерное оружие, тоже прорабатывалась, причём ещё в 60-е годы, тогда как советские «Молодцы» поступили на службу только в 1984 году.

Читать еще:  Россия и Франция оказались атакованы вооруженными террористами

Фото: © wikipedia.org

Их разработка в США стала возможной после того, как Штаты создали ракету «Минитмен» на твёрдом топливе, то есть не требующую заправки прямо перед пуском. Однако в результате «Минитмены» на рельсы так и не встали, и тому способствовало множество причин. Во-первых, американские военные посчитали разработку отдельного железнодорожного состава для пуска баллистических ракет слишком дорогой. Хотя это и странно слышать с учётом того, что те же самые военные всегда были готовы сжечь несколько миллиардов долларов на проектах, которые вовсе «не взлетали», да?

Во-вторых, — и это не менее важно, а, скорее, даже более, — в отличие от СССР железнодорожная сеть США, как тогда, так и сейчас, не является единой бесшовной системой. Проклятое наследие капитализма, ничего не поделаешь. В Штатах железные дороги строились путём концессий государства и различных финансовых структур, так повелось ещё в самом начале создания железных дорог в стране (более подробно о концессиях на инфраструктурные проекты вы можете прочитать, к примеру, в трилогии Теодора Драйзера «Финансист» — «Титан» — «Стоик»), и так дело обстоит по сей день. То есть военным, для того чтобы пустить состав через всю страну, пришлось бы сотрудничать с множеством компаний, в том числе финансировать умощнение путей под тяжёлые составы и строительство дополнительных линий и веток, которые в результате им бы не принадлежали.

С бюрократией и бизнесменами Пентагон связываться побоялся, в результате «Минитмены» погрузились под землю (то есть в пусковые шахты), а проект американского ядерного железнодорожного состава — под сукно, до лучших времён, которые так и не наступили.

В СССР, как и ранее в Российской империи, железные дороги принадлежали государству. Так что никаких проблем и согласований военным не требовалось, требовалось лишь издать приказ. Причём стоит отметить, что практически вся критически важная инфраструктура в стране всегда рассматривалась в том числе и с точки зрения того, насколько эффективно она будет удовлетворять нуждам военных. Так что «Молодцам» дорога была открыта сразу. Не было проблем и с усилением путей под нужды ядерных составов: во-первых, строительство железных дорог в России не останавливалось практически никогда, во-вторых, оно всегда предусматривало мощную подложку для прохода тяжёлых грузовых составов, в третьих, раз приказали — значит, будет сделано.

Причём если сегодня «Молодец» мог находиться, например, в Серпухове, то завтра машинист, помощник машиниста и боевой расчёт могли уже пить чай в Таджикистане или Казахстане, любуясь на караваны верблюдов. То есть местоположение такого поезда, практически неотличимого от обычного грузового состава, отследить было, по сути, невозможно.

«Молодцы» ушли, но оставили после себя «Тополя»

Помимо множества негативных последствий от отказа России от железнодорожного ядерного оружия был во всём этом угаре примирения с западным миром и один плюс. В стране взамен поездов появились мобильные ядерные комплексы «Тополь-М», ставшие постоянными участниками военных парадов и одним из элементов отечественного ядерного щита. Разумеется, автомобильная платформа, пусть и грузовая, преимуществами поезда не обладала. Она легко идентифицировалась с помощью спутников, не могла беспроблемно перемещаться по общим автомобильным дорогам, не имела способности к той же дальности перемещения и фактически была привязана к той или иной военной базе или части, вынужденная кружить на небольшом удалении от неё в ходе несения боевого дежурства.

Фото: © РИА Новости/Рамиль Ситдиков

Однако именно разработка «Тополей» позволила России сначала создать концепцию «контейнерных» пусковых установок для ракет, а следом за ними перейти к разработке ядерного поезда нового поколения.

Контейнерный проект «Клуб-К» подразумевал, что ракетная пусковая установка маскируется под обычный тяжёлый морской контейнер, который может размещаться как на автомобильной платформе, так и на поезде или сухогрузе. Видео с компьютерной моделью этого «ракетного контейнера» будоражило Интернет в вплоть до 2010 года. А потом выяснилось, что это всего лишь концепт, так и не ставший реальностью.

Новая реальность

Но, как оказалось, дыма без огня не бывает. Так и не появившийся нигде кроме YouTube ядерный контейнер превратился в новый БЖРК «Баргузин». В настоящее время про новый отечественный комплекс известно не так уж и много. Однако уже известного достаточно, чтобы сделать некоторые выводы и обобщения.

Разработка «Баргузина» началась в 2012 году, спустя всего пять лет после того, как последний «Молодец» был выведен из строя. Собственно говоря, уже к моменту завершения выполнения обязательств по СНВ-2 становилось очевидно, что в США никакие обязательства строго выполнять не собираются, что было наглядно продемонстрировано в ходе одностороннего выхода Штатов из договора, запрещающего создание систем ПРО.

Элементы американской ПРО, размещаемые сейчас по границам России, в любом случае будут ориентированы на пусковые шахты тяжёлых баллистических отечественных ракет. Если это и не позволит американской системе полностью лишить нашу страну шансов на адекватный ответ, то снизит риски получения полновесного ответного удара. Говоря иначе, с помощью ПРО США лишали Россию двух элементов ядерного щита: шахтовых установок и «Тополей», не способных отдалиться на значительное расстояние от точки дислокации. При этом у самих Штатов шахты угрозе со стороны России не подвергались.

Фото: © wikipedia.org

Таким образом, именно «Баргузин», вышедший на финальные испытания уже в 2016 году, должен стать полноценной заменой и страховочным вариантом для нашего ядерного щита. В отличие от советского «Молодца» «Баргузин» может перевозить не три, а сразу шесть пусковых ракетных установок (по последним данным с поездов будут стартовать ракеты «Ярс»), а всего в патрулирование по железнодорожной сети страны планируется отправить пять «Баргузинов», то есть общее число пусковых установок по сравнению с 12 «Молодцами» сократится всего на 6. Так и страна стала несколько меньше, и железнодорожная сеть тоже.

По последним данным предполагается, что «Баргузин» заступит на боевое дежурство не позднее 2019 года. Но судя по тому, что пусковые испытания ракет с поезда уже ведутся, вероятнее всего, существует желание руководства страны ускорить процесс ввода «Баргузина» в строй.

Пять ядерных поездов способны перемещаться в течение суток на расстояние более 2 тысяч километров. Каждый из поездов может нанести потенциальному противнику тот самый считающийся недопустимым урон. Залп 30 ракет с пяти поездов превращает американскую систему ПРО в дорогую и не слишком полезную игрушку, которая отныне действительно будет способна, как и заявляли американцы, угрожать только Северной Корее и Ирану.

Ракетные поезда, старые и новые

В самом конце прошлого года в российских средствах массовой информации появилась новость относительно возвращения к старой и почти забытой идее. По информации РИА Новости, уже сейчас идут работы по созданию нового боевого железнодорожного ракетного комплекса (БЖРК) и первый ракетный поезд нового проекта может быть собран уже к 2020 году. На вооружении нашей армии уже состояли подобные системы, однако единственные в истории БЖРК 15П961 «Молодец» были сняты с дежурства еще в 2005 году и вскоре большую часть техники из их состава утилизировали. Поезда с ракетным вооружением по праву являлись гордостью советских конструкторов, да и всей страны в целом. Благодаря своим возможностям эти комплексы представляли серьезную угрозу для вероятного противника. Однако историю этого вида техники нельзя назвать простой. Сперва ряд совсем не приятных событий сперва сильно ограничил потенциал отечественных БЖРК, а потом и привел к полному их исчезновению.

Создание железнодорожного ракетного комплекса было очень сложным. Несмотря на то, что соответствующее предписание руководства страны и министерства обороны появилось еще в 1969 году, первый полноценный пуск новой ракеты РТ-23УТТХ состоялся только в 85-м. Разработка БЖРК велась в днепропетровском конструкторском бюро «Южное» им. М.К. Янгеля под руководством В.Ф. Уткина. Специфические условия эксплуатации новой системы заставили разработать массу новых решений, от заново спроектированного вагона-пусковой установки, замаскированного под рефрижератор, до складного обтекателя головной части ракеты. Тем не менее, пятнадцать с лишним лет работы увенчались успехом. В 1987 году на дежурство заступил первый полк «Молодцов». За следующие четыре года до распада Советского Союза было сформировано три дивизии, вооруженные в общей сложности двенадцатью новыми БЖРК.

К сожалению, вскоре после формирования последней третьей дивизии произошло несколько неприятных вещей, которые очень плохо сказались на дальнейшей службе БЖРК. В 1991 году, в ходе международных переговоров по будущему договору СНВ-I советское руководство согласилось на несколько невыгодных предложений американской стороны. Среди них было и ограничение, касавшееся маршрутов патрулирования «ракетных поездов». С легкой руки президента СССР М. Горбачева и некоторых его соратников БЖРК теперь могли передвигаться только в радиусе нескольких десятков километров от баз. Помимо очевидных военно-политических минусов такое ограничение имело и экономические последствия. Одновременно с вводом в строй комплексов «Молодец» министерство путей сообщения вело работы по укреплению путей в радиусе нескольких сот километров от баз БЖРК. Таким образом, Советский Союз потерял и главное преимущество БЖРК, и массу денег, ушедших на реконструкцию путей и подготовку пусковых позиций.

Читать еще:  С прицелом на шестидесятые годы, модернизации истребителя F-22A Raptor

Следующий международный договор – СНВ-II – подразумевал снятие с дежурства и утилизацию всех ракет РТ-23УТТХ. В качестве срока окончания этих работ назывался 2003 год. Специально для демонтажа и утилизации на Брянском ремонтном заводе ракетных войск при участии США была собрана разделочная технологическая линия. К счастью для БЖРК, незадолго до срока окончания утилизации ракет и поездов Россия вышла из договора СНВ-II. Тем не менее, в течение следующих нескольких лет утилизация продолжалась, хотя и шла гораздо с меньшими темпами. До настоящего времени сохранилось лишь несколько вагонов бывших БЖРК, которые используются в качестве музейных экспонатов.

Как видим, недолгая история ракетных комплексов «Молодец» была трудной и неудачной. Практически сразу после поступления на вооружение поезда с ракетами лишились своего главного преимущества и после этого уже не представляли такой же угрозы для противника, как раньше. Тем не менее, комплексы продолжали оставаться на вооружении в течение полутора десятилетий. Сейчас есть все основания полагать, что утилизация «Молодцев» произошла только тогда, когда они выработали свой ресурс и подошел к концу имевшийся запас ракет. Одним из наиболее серьезных ударов по российским ракетным поездам оказался распад Советского Союза. Из-за него завод «Южмаш», на котором собирались комплексы и ракеты для них, остался на территории суверенной Украины. Эта страна имела свои собственные взгляды на дальнейшую работу ракетного производства и поэтому поезда остались без нового оружия.

В обсуждениях новости о начале разработки нового БЖРК часто рассматриваются преимущества и недостатки такого вида техники. К первым, безусловно, можно отнести возможность несения дежурства на большом удалении от базы. После того, как поезд с ракетами вышел на железные дороги общего пользования, его обнаружение становится очень и очень трудным делом. Конечно, три тепловоза, девять вагонов-рефрижераторов (три ракетных модуля) и вагон-цистерна в некоторой мере выдавали старые БЖРК, но для гарантированного отслеживания их перемещений требовались колоссальные усилия. Фактически нужно было «накрыть» средствами разведки всю или почти всю территорию Советского Союза. Также достоинством комплекса можно считать удачную жидкостную ракету РТ-23УТТХ. Баллистическая ракета со стартовой массой в 104 тонны могла доставить на дальность до 10100 километров десять боевых частей мощностью по 430 килотонн каждая. В свете мобильности ракетного комплекса такие характеристики ракеты давали ей просто уникальные возможности.

Тем не менее, не обошлось без недостатков. Главный минус БЖРК 15П961 – его вес. Из-за нестандартной «нагрузки» пришлось применить несколько оригинальных технических решений, но и с их использованием пусковой модуль из трех вагонов оказывал слишком большое давление на рельсы, почти на пределе возможностей последних. Из-за этого в конце восьмидесятых годов железнодорожникам пришлось поменять и укрепить огромное количество путей. С тех пор железные дороги страны снова подверглись износу и перед постановкой на вооружение нового ракетного комплекса, скорее всего, понадобится очередное обновление путей.

Также БЖРК регулярно обвиняются в недостаточной прочности и живучести, особенно в сравнении с шахтными пусковыми установками. Для проверки живучести еще в восьмидесятых начались соответствующие испытания. В 1988 году успешно завершились работы по темам «Сияние» и «Гроза», целью которых была проверка работоспособности поездов с ракетами в условиях сильного электромагнитного излучения и грозы соответственно. В 1991 году один из строевых поездов принял участие в испытаниях «Сдвиг». На 53-м научно-исследовательском полигоне (ныне космодром «Плесецк») уложили несколько десятков тысяч противотанковых мин с общей мощностью взрыва около 1000 тонн в тротиловом эквиваленте. На расстоянии в 450 метров от боеприпасов, торцом к ним, поставили ракетный модуль поезда. Чуть дальше – в 850 метрах – разместили еще одну пусковую установку и командный пункт комплекса. Пусковые установки были оснащены электромакетами ракеты. Во время подрыва мин все модули БЖРК пострадали незначительно – вылетели стекла и нарушилась работа некоторых второстепенных модулей аппаратуры. Учебный пуск с применением электромакета ракеты прошел успешно. Таким образом, килотонный взрыв менее чем в километре от поезда не способен полностью вывести из строя БЖРК. К этому стоит прибавить более чем низкую вероятность попадания боевого блока ракеты противника в поезд во время движения или рядом с ним.

В целом, даже непродолжительная эксплуатация БЖРК «Молодец» с серьезными ограничениями по маршрутам наглядно показала как преимущества, так и сложности, связанные с этим классом военной техники. Вероятно, именно из-за неоднозначности самой концепции железнодорожного комплекса, которая одновременно обещает большую мобильность ракет, но при этом требует укреплять пути, не говоря уже о сложности создания поезда и ракет для него, конструкторские работы по созданию новых «ракетных поездов» пока не возобновлены. По последним данным, в настоящее время сотрудники проектных организаций и министерства обороны анализируют перспективы БЖРК и определяют необходимые особенности его облика. Поэтому сейчас нельзя говорить о каких-либо нюансах нового проекта. Более того, из-за наличия на вооружении подвижных грунтовых ракетных комплексов (ПГРК) «Тополь», «Тополь-М» и «Ярс», не нуждающихся в прочном железнодорожном полотне, создание нового БЖРК может быть и вовсе отменено.

Сейчас высказываются самые разные мнения насчет возможного облика перспективного БЖРК. К примеру, предлагается оснастить его ракетами существующих проектов, такими как РС-24 «Ярс». При стартовой массе около 50 тонн подобная ракета, которая к тому же уже используется на ПГРК, может стать хорошей заменой для старой РТ23УТТХ. При схожих габаритах и вдвое меньшей массе новая ракета при определенных доработках способна стать вооружением новых БЖРК. При этом боевые характеристики комплекса останутся примерно на прежнем уровне. Так, выигрыш по дальности (до 11000 км) будет компенсирован меньшим количеством боевых блоков, ведь в головной части РС-24 размещается лишь 3-4 (по другим данным, шесть) зарядов. Однако ракета «Ярс» к предполагаемому сроку постановки на вооружение новых БЖРК будет эксплуатироваться уже около десяти лет. Таким образом, для новых ракетных поездов понадобится новая же баллистическая ракета. Вполне возможно, что ее облик будет формироваться вместе с требованиями ко всему комплексу.

В то же время, конструкторы-ракетчики могут использовать опыт, полученный при создании сравнительно небольших ракет наподобие «Тополя» или «Ярса». В таком случае удастся создать новую ракету с широким использованием освоенных решений и технологий, но при этом пригодную для применения в железнодорожных комплексах. Как основа для новой ракеты для БЖРК, имеющиеся «Тополи-М» или «Ярсы» подойдут в том числе и благодаря тому, что они приспособлены к эксплуатации на мобильных комплексах. Однако окончательное решение относительно «происхождения» ракеты и требований к ней, похоже, еще не принято. С учетом продолжительности разработки и испытаний новых ракет, чтобы успеть к 2020 году, конструкторы-ракетчики должны получить требования в течение ближайших лет или даже месяцев.

Наконец, необходимо учесть необходимость строительства инфраструктуры. Судя по имеющейся информации о состоянии старых баз БЖРК, все придется строить заново. За считанные годы старые депо, диспетчерские и т.п. оказались выведены из эксплуатации, лишены большого количества специальной аппаратуры, приведены в негодность и порой даже частично разграблены. Вполне понятно, что для эффективной боевой работы новым железнодорожным ракетным комплексам понадобятся соответствующие сооружения и оборудования. Но восстановление имеющихся построек или строительство новых значительно увеличит стоимость всего проекта.

Таким образом, если сравнивать железнодорожные и грунтовые ракетные комплексы, сравнение может оказаться не в пользу первых. Гипотетическая мобильная грунтовая пусковая установка, при одинаковой ракете с железнодорожной, менее требовательна к состоянию дороги, значительно проще в производстве, а также не нуждается в согласовании маршрутов перемещений со сторонними организациями, например, с руководством железной дороги. Немаловажным преимуществом грунтовых ракетных комплексов также является тот факт, что вся необходимая для них инфраструктура проще и, как следствие, дешевле, чем для железнодорожных. Поэтому неудивительно, что в середине двухтысячных годов командование ракетных войск стратегического назначения официально объявило об отказе от БЖРК в пользу ПГРК. В свете такого решения возобновление работ по железнодорожным комплексам выглядит исключительно как попытка расширить возможности ядерных сил и, при наличии определенных перспектив, оснастить их еще одним видом техники.

В существующей ситуации пока не стоит ждать новостей относительно начала строительства первого ракетного поезда нового проекта, ведь еще даже не решено, каким он будет и будет ли вообще. Поэтому остается надеяться, что анализ возможностей и перспектив, в том числе и сравнительный (БЖРК или ПГРК), будет проведен со всей ответственностью и его результаты принесут нашим ракетным войскам только пользу.

Ссылка на основную публикацию
Статьи c упоминанием слов:
Adblock
detector